Похоже, что через тридцать пять лет после запуска космического аппарата «Вояджер-1» он наконец вышел за пределы влияния Солнца и гелиосферы. Об этом говорится в новом исследовании, опубликованном накануне.

Гелиосфера — это область космоса, центральным объектом которого является Солнце и его ветер из заряженных частиц; считается, что она похожа на мыльный пузырь в окружающем межзвездном пространстве, наполненном газом и пылью Млечного пути.

25 августа 2012 года космический зонд NASA «Вояджер-1» зафиксировал значительные изменения в уровнях излучения на расстоянии более 11 миллиардов миль от Солнца. Аномальные космические лучи, которые оказались космическими лучами во внешней части гелиосферы, почти полностью исчезли: их количество уменьшилось до менее 1% от предыдущих значений. В то же время, галактические космические лучи – космическое излучение, поступающее извне солнечной системы – подпрыгнули до уровней, которые ни разу не были зафиксированы с момента запуска «Вояджера», а их интенсивность почти в два раза превышает предыдущие уровни.

Эти результаты были приняты на публикацию в GeophysicalResearchLetters, печатном издании Американского геофизического союза.

«В течение считанных дней гелиосферная интенсивность излучения уменьшилась, а интенсивность космических лучей увеличилось, как и было ожидаемо при выходе из гелиосферф», — говорит Билл Вебер (Bill Webber), заслуженный профессор астрономии из Университета Нью Мехико в Лас-Крусес. Он называет этот переходный рубеж «гелио-кручей» («heliocliff»).

В статье GRL авторы отмечают: «Похоже, что «Вояджер-1» вышел за пределы главной области солнечной модуляции, поскольку характеристики спектра водорода и гелия оказались такими, которые ожидаются в локальном межзвездном пространстве».

По словам Вебера, ученые продолжают спорить относительно того, куда именно вышел «Вояджер-1»: в межзвездное пространство или же вошел в отдельную, неопределенную область за пределами солнечной системы.

«Мы за пределами нормальной гелиосферы, вот что я хотел сказать, – говорит Уэббер. – Мы находимся в новой области. И все, что мы измеряем, отличается от предыдущего опыта и очень захватывает».

Работа финансировалась Лабораторией реактивного движения NASA в Пасадене, Калифорния.