Ни для кого не секрет, что в Сколково с подачи президента развернулось строительство наукограда. 15 марта 2010 года Дмитрий Медведев на встрече со школьниками, победившими в олимпиадах, известил о строительстве российской Силиконовой долины.

Решающим аргументом в пользу подмосковной деревни Сколково явилось наличие инфраструктуры, которая позволит создать новый город максимально быстро. Важно и то, что научный центр будет находиться в 30 километрах от Москвы, фактически в шаговой доступности.

Город будет специализироваться на пяти направлениях: энергетике, информационных технологиях, телекоммуникациях, био- и ядерных технологиях. Срок создания — 3-7 лет, инвестиции оценены в 4-6 млрд. долларов, население будущего наукограда — 40 тысяч человек.

В пользу проекта говорит решительный настрой президента: уже получен солидный кредит от Сбербанка на возведение наукограда — 245 млн. долларов, организована «Московская школа управления «Сколково». Приоритет быстрой постройки, близость к Москве говорят о желании Д.Медведева держать руку на пульсе, чтобы научный центр, ведущий к прорыву в будущее для России, состоялся.

Но есть весомые аргументы и против, вызывающие обоснованные сомнения.

Первая группа аргументов связана с самой природой технопарков.

Силиконовая долина в США — феномен, сложившийся стихийно, его не удалось повторить даже самим американцам, не говоря уж о том, чтобы превзойти его, хотя были десятки попыток по всему миру.

Кроме того, несмотря на очевидный коммерческий успех Силиконовой долины, экономический эффект от «принудительно» созданных технопарков еще толком не измерен. Действительно ли фирмы, попавшие в технопарки, работают успешней, чем те, что на вольных хлебах? Даже если это и так, объясняется ли это влиянием технопарка, или же первоначально туда попадали более агрессивные и настойчивые компании? Однозначного ответа на эти вопросы у исследователей нет.

В лучшем случае, в Сколково получится еще один технопарк, которых десятки в мире. Нет никаких оснований для того, чтобы считать, что он даст особые конкурентные преимущества России на мировом рынке.

Вторая группа аргументов сводится к следующему: «А что, если «лучший случай» помножить на российские реалии?». Критиков проекта настораживает ряд вещей, которые могут привести к неудаче проекта.

Во-первых, налицо географическая проблема. Москва — мегаполис с чрезвычайно высокой нагрузкой на инфраструктуру, высокими ценами. Территория, выделенная под российский наукоград — всего 300 гектаров, по площади это как квадрат со стороной 1700 метров (для сравнения, Силиконовая долина занимает 400 тысяч га). Этого совершенно недостаточно для развития, а возможности купить окрестные земли ограничены, да и влетят приобретения в копеечку.

Во-вторых, возникает промышленно-политический вопрос. Разрыв между Москвой и остальной Россией и так велик, Сколково только расширяет его. Наивысший приоритет вложений в науку в одном месте означает нехватку денег в другом. Не рациональнее ли будет потратить эти деньги на социальные нужды, например, купить детские ходунки в дома ребенка или лекарства в дома престарелых. Н.Хрущев не гнушался строить академгородки по всей России и весьма успешно. Во Франции де Голль развивал передовые технологии в тогдашней глухомани — Тулуза, Гренобль и т.д.

В-третьих, у проекта нет четко обозначенных целей и механизмов контроля. Заявленные пять приоритетных направлений вызывают недоумение: слишком широкий спектр, это в чистом виде распыление усилий. Какими «новыми технологиями» конкретно будет заниматься центр инноваций — неизвестно. Возможно, через много лет любой ребенок, едва покинувший манеж-кровать, будет лучше разбираться в этих вопросах, чем мы сегодняшние. Но реалии и проблемы нынешней жизни требуют конкретики. Это говорит о том, что у власти нет обоснования, чем будет заниматься центр, а есть только желание его создать.

Отсутствие четко обозначенных целей и количественных критериев их достижения ведут к невозможности оценить успех или неудачу проекта. Как в таких условиях контролировать менеджеров — большой вопрос.

В-четвертых, по непонятным причинам проигнорирован отечественный опыт: российские академические городки, перестроечные межотраслевые научно-технические комплексы. Да что уж говорить, в Дубне с подачи Путина уже много лет строится предыдущая российская Силиконовая долина, которая должна была стать полноценным наукоградом в 2007 году. Тема вообще никак не освещается СМИ.

Все перечисленные аргументы складываются в настораживающую гипотезу. С подачи президента Медведева начинается благое дело, суть которого чиновники не понимают, или понимают прекрасно, но преследуют при этом личные интересы. Все идет к показной деятельности: громадная часть выделенных средств пойдет на «нецелевое использование», общественность при этом будут уверять в правильности и успешности положения дел. Конечно же, президент не позволит проекту провалиться. Пессимистичный прогноз: проект утопичен, российский наукоград будет создан с опозданием в несколько лет и значительным превышением бюджета, причем, скорее всего, реальная польза не превысит затрат по его созданию.